Воровская правда читать онлайн

— Хочешь сказать, Мулла, что ты какой-то особенный? Каждый из нас хочет жить. Не строй из себя героя, не надо. Я знаю случаи, когда люди ломались даже из-за стопки водки. И предавали друг друга даже из-за места у костра. Знаешь ли, каждому хочется быть в тепле.

— Ты здорово изменился, Тимоша! — печально покачал головой Мулла. — Такое впечатление, будто я беседую с совершенно незнакомым мне человеком. Ведь нас и вправду связывало очень многое. Неужели ты подумал, что я способен бросить своих людей и пойти отсиживаться в твоей каморке в то самое время, когда падлы начнут их резать?

Беспалый примирительно улыбнулся:

— Успокойся, я просто проверял тебя.

Конечно, ты не мог поступить по-другому. Я догадывался, что ты пожелаешь умереть вместе со всеми. Может, у тебя есть какая-нибудь просьба, последняя? Я постараюсь сделать все, что в моих силах.

Тимофей смотрел на Муллу с сожалением, как на приговоренного к смерти.

— У меня к тебе две просьбы. Надеюсь, не откажешь?

— Говори, — кивнул Беспалый.

— Прикажи похоронить этих бродяг, — Мулла показал на убитых.

— Само собой, конечно, мы их похороним как надо. Какая же будет твоя вторая просьба?

— Скажи, кто сейчас в зоне пахан?

— Вот оно что! — понимающе заметил Беспалый. — Ты еще не потерял надежды выжить в мясорубке! Вчера на зону прибыл новый этап, и на лагерном сходняке зэки выбрали паханом Гришуню Маленького. Не думаю, что этот парень тебе по зубам. Ты ведь не забыл нашего Гришуню Маленького?

* * *"

"Свое прозвище Гришуня получил за очень короткие ноги.

Однако никто не осмеливался называть его малышом. Обращаться с ним следовало почтительно — Гришуня был на редкость злопамятен, не прощал даже случайно оброненного обидного слова, и частенько его недоброжелателей находили в глухих местах с перерезанной глоткой. Природа сполна компенсировала ему малый рост, наградив могучими руками. Мало кто мог похвастаться такой же силой, какой обладал коротышка Гришуня. Именно это обстоятельство в сочетании с железной волей позволяло ему держать в повиновении всю его шайку — десятка три отъявленных головорезов. Несмотря на физическое уродство, Гришуня пользовался благосклонностью женского пола — его частенько видели в самых дорогих ресторанах Москвы с первыми красавицами столицы, а число его незаконнорожденных отпрысков давно уже перевалило за второй десяток. Такое чадолюбие только добавляло Гришуне авторитета и пробуждало к нему любопытство прекрасного пола.