Воровская правда читать онлайн

 — Я любимого отчима розочкой замочил! У меня даже тогда рука не дрогнула, а такую гниль раздавить и вовсе благим делом будет.

Лука с минуту наблюдал за спящим. Внутри предательски шевельнулась мысль: бедняга даже и не ведает, что находится в нескольких секундах от смерти. А потом, взяв поудобнее подушку в обе руки, Лука навалился на его лицо всем телом. Керосин замычал, стал биться, пытаясь сбросить с себя Луку, но тот крепко держал его голову.

— На ноги садись! Ноги прижми, сказал! — громко шептал Лука.

Двое «гладиаторов» быстро сели на ноги Керосину. Еще минуты три тот яростно корчился, точно змея, прижатая к земле рогатиной, а потом как-то сразу обмяк и затих.

— Кажись, издох! — торжественно объявил Лука, повернувшись к Рваному. — Ну что, убедился?! На понт здесь брать ни к чему. Я не дешевый фраер, если сказал, что порешу, значит, так оно и будет.

— А ручки-то у тебя дрожат, — протянул, усмехаясь, Рваный."

"— Чего ты удивляешься, Рваный, я ведь — вор, а не мокрушник.

Лука убрал подушку с лица Керосина. На лице покойного застыла гримаса ужаса, рот был широко распахнут, нечто страшное проступало в его лице. Арестанты невольно переглянулись — не каждый день они видели убийство.

— Ты посмотри, как рожу-то у него перекосило, как будто бы к нему сам черт пришел попрощаться.

— В чем дело, братишки? — спросил из своего угла Чешуя.

Только сейчас Лука заметил, что камера проснулась. Храп прекратился.

— У тебя что, бельма на глазах? — грубовато отозвался Лука. — Запомоенного порешили!

— Гнить ему в земле, гаду!

— В общем, так, бродяги, неизвестно, какая у нас с вами будет дальше житуха… У каждого свой перст и свои сроки, но быть в петухах даже год — это дрянная доля.

— А дальше-то как быть, Лука? Менты хату откупорят, а на полу жмурик стынет. Хозяин-то умный мамонт.

— В хате нас тридцать рыл, следовательно, столько же свидетелей… Но пасть все должны держать на замке. Дежурному по этажу скажем, что как только фары продрали, увидели, что Керосин уже гикнулся. Стылый в углу лежит.