Все двадцать семь часов! читать онлайн

Я прошла к креслу и присела, нервно постукивая туфелькой по полу.

— Вы хотели со мной поговорить?

— Да, но я не знаю, как начать разговор.

— Новости мне не понравятся?

— Я думаю, они вам совсем не понравятся.

— Тогда лучше говорите прямо.

Ну если меня просят…

— Лагфорт выдаст вас замуж за Айзека.

Рина замерла с ужасом в глазах:

— Почему?

Я не знала, как мне поступить: сказать девушке правду или соврать. Макс не давал никаких особых распоряжений на этот счет.

— Прошу вас, скажите все как есть. Я обещаю, что не забуду услуги.

Вот, сразу видно дочь промышленника: она тут же предложила сделку.

— Лагфорт заключил с Айзеком соглашение и не нарушит его. Плюс он дал вашему отцу слово помочь вам устроиться в жизни и выдать замуж за человека, который сумеет о вас позаботиться.

Некоторое время девушка обдумывала ситуацию.

— Есть ли вариант как-то избежать…

— Нет. Я бы посоветовала договориться с Айзеком. Поверьте, он не самый плохой вариант из влиятельных мужчин высшего света.

— Вы так хорошо его знаете? — прищурилась девушка.

— Достаточно.

Рина встала и, подойдя к окну, взглянула на улицу.

— Но есть еще выход — выйти за Лагфорта.

Моя душа захлопнулась, и добрые намерения испарились, и я, поднявшись, сказала:

— Есть. Можете попробовать.

Было заметно, что девушка пожалела о словах, брошенных сгоряча, но было уже поздно.

— А вы бы вышли за Айзека?

— Если бы я была в подобной ситуации и мне было бы все равно? Да. Но, боюсь, выбора у вас и нет.

На этом я вышла и закрыла дверь, желая поскорее уехать из этого дурдома.

ГЛАВА 22

Ужин в этот вечер проходил крайне напряженно. Ели мы в малой столовой за небольшим столом, во главе которого сидел Макс. На противоположной стороне расположилась я. А оставшиеся два места по бокам, также друг напротив друга, достались нашим гостям.

Не знаю, зачем Лагфорт затеял этот ужин. То ли хотел посмотреть на реакцию друг на друга будущих супругов, то ли так просто совпало, но есть в этот вечер было «одно удовольствие»: между гостями царило такое напряжение, что его можно было резать ножом.