Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я с радостью померяюсь силой и умением с новым королем Стрэтклайда.

Стирлинг беззвучно зарычал, но Анцелотис просто крепче сжал рукоять меча и выступил вперед."

"— Я приношу извинения королю Клиноху и ни в коем случае не хочу бросить тень на его доброе имя, — заявил он. — Однако я предпочел бы, чтобы возможность, которой ты ищешь, — Кута снова резко повернулся, вторично застигнутый врасплох и едва сдерживающий бешенство из-за этого, — предоставил тебе Гододдин. — Анцелотис почтительно поклонился Клиноху.

— Король Гододдина погиб прежде, чем Думгуэйл Хен, а значит, Гододдин обладает правом первого вызова или ответа на таковой. Я с радостью покажу саксам, как мы чтим павшего короля бриттов.

Кута испепелил Стирлинга взглядом.

— А кто такой ты, чтобы бросить мне вызов?

— Анцелотис, король Гододдина. Мы встретимся с тобой на ристалище, сакс. Или у вас в Сассексе принято биться только с безбородыми подростками и женщинами?

Креода охнул. Король Мерхион почти бездумно играл с рукоятью своего кинжала, не спуская с Куты взгляда прищуренных глаз.

Юный Клинох открывал и раскрывал рот: обида явно боролась в нем с облегчением.

— Я встречусь с тобой в любом выбранном тобою месте! — рявкнул Кута. — Назначай время!

— В последний день поминальных игр, Кута Сассекский. Мы сразимся верхом — на мечах и копьях, — а спешив тебя, я разделаюсь с тобой в пешем бою. Попробуй одолей.

Уголок рта Куты раздраженно дернулся.

— Словам мало цены. Я с удовольствием принимаю твой вызов.

— Договорились.

Эмрис Мёрддин выступил из тени.

— А до тех пор не забывай, что этот дом в трауре, ибо покойный король Гододдина Лот Льюддок приходился королеве Тейни отцом. Уводи своих людей и не возвращайся, пока тебя не позовут на бой, если имеешь представление о вежливости. Тебя проводят в отведенный тебе дом. И забери это уэссекское отродье с собой. Короли бриттов не терпят в своем кругу предателей.

Креода побагровел еще сильнее, нервно сглотнул и опустил взгляд.

Пока саксы тянулись из залы на яркий солнечный свет, Стирлинг отчаянно боролся с желанием утереть пот со лба — из боязни, что дрожащая рука выдаст его. На что, скажите Бога ради, он вызвался — на дуэль по правилам шестого века, да еще на оружии, которым и пользоваться-то толком не умеет? Ох, полцарства за пистолет и бездонную бочку патронов…

— Что ж, — нарушил воцарившуюся в зале напряженную тишину Арториус, — по крайней мере мы выиграли немного времени.