Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Судя по всему, они рассчитывали вести стрельбу по обороняющимся со своих платформ, чтобы не карабкаться вверх под обстрелом каждый раз, когда они попытаются проникнуть внутрь стен крепости. И снова бритты наблюдали за этим в полной тишине, не предпринимая ничего, что могло бы помешать тем в их работе, скрывая свои истинные возможности и сберегая силы и припасы.

Тишина наконец была прервана вскоре после полудня, когда Стирлинг запивал пивом последний кусок хлеба с сыром. В казарму, где разместились британские короли, вбежал гонец.

— Саксы выслали к воротам всадника под белым флагом!

Кадориус с Анцелотисом переглянулись и, прихватив по дороге свои тяжелые деревянные щиты — мало какой подлости можно ожидать от саксов, — поспешили на стену. Когда они добрались до места, смотревшего прямо на королевский шатер саксов, всадник добрался почти до подножия стены.

— Креода! — буркнул Кадориус себе в бороду. И правда, это оказался изрядно побледневший принц Уэссекса.

— Привет, gewisse! — окликнул его Кадориус.

— С какой вестью от своих заморских хозяев ты к нам явился?

Принц Уэссекса побледнел еще сильнее и прикусил губу: двойное оскорбление попало точно в цель.

— Я принес послание от Седрика, короля Уэссекса! — крикнул он в ответ.

— И что может коварный убийца, узурпатор Уэссекса сказать нам такого, что представляло бы интерес для британских королей?

Белое как мел лицо Креоды разом побагровело."

"— Мой отец, король Уэссекса, требует, чтобы вы бросили все эти глупости.

— Он махнул в сторону только что отстроенных крепостных стен. — Мы можем морить вас голодом столько времени, сколько пожелаем! Неужели вы заставите страдать своих женщин и детей, по глупости полагающих себя в безопасности, когда мы готовы гарантировать им жизнь, буде вы послушаетесь голоса рассудка и сдадитесь нам без боя?

Прежде чем кто-либо из британских королей собрался ответить, тишину прорезал женский голос:

— Не смей говорить мне про гарантии со стороны саксов!

Это была принцесса Иона; она стояла на стене, гордо выпрямившись, и темные волосы ее развевались на ветру, а серые глаза полыхали гневом.

Креода охнул, узнав ее.

— Да, должно быть, ты удивлен, увидев меня живой! — крикнула она ему сверху вниз. — Я-то знаю, чьим золотом заплачено предателям Айнис-Уэйта! Я сама, своими глазами видела, как обращаются саксонские псы с беззащитными британскими женщинами и детьми.