Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

"Похоже, у пленного от пережитого стресса поехала крыша. Что ж, такое бывает. Все-таки война, а тем более попадание в плен – тот еще стресс. Неудивительно, что у власовца кукуха слетела.

– Что еще за стих? – раздраженно спросил я.

– Из вереска напиток забыт давным-давно, а был он слаще меда, пьянее, чем вино…

– Цыц! – перебил я чтеца. – На хрен мне тебя слушать? Следователям свои стихи почитаешь, если они тебе разрешат.

– Да пошли вы в жопу! – неожиданно громко рявкнул власовец. – Я вас обыграл, поимел как хотел! Вы убили единственного, кто мог вам помочь.

Тот парень, которого вы зарезали, наш штатный радист. Только он и командир, – власовец мотнул головой в сторону расстрелянного в спальном мешке укропа, – знали кодовые фразы и могли общаться с батальонным. А я специально попросил убить его, чтобы подставить вас. А если вы заставите меня выйти в эфир, то я буду орать, что захвачен в плен. Ясно? Я смерти не боюсь!

– А стих ты мне хотел прочитать, только из-за концовки, где карлик плюет в харю шотландскому королю? Дескать, вертеть ты нас хотел?

– Знаешь этот стих?

– Да.

«Вересковый мед». Автор – Роберт Льюис Стивенсон, а на русский его перевел Самуил Маршак, – пожал я плечами. – Только ты малешко не угадал. Я же тебе не тупой шотландский король, я российский разведчик, а это значит, что хрена лысого ты меня обманешь.

Резко, без всякого перехода, я ударил кулаком в раскрытый от удивления рот власовца, а потом еще раз, уже прямо в нос, расквашивая его в кровавые сопли.

Связал пленного, перетянув ему веревкой рот, и отбросил власовца на топчан, чтобы он лежал рядом со своими мертвыми братьями по оружию.

– Ты и все твои соратники по РОА – кучка гондонов, которые и укропам не нужны, и в России вас все презирают. Вы как то говно в проруби: болтаетесь туда-сюда, и на дно не идете, и на лед вылезти не можете. Так и будете болтаться в подвешенном состоянии, пока не сдохнете собачьей смертью, – наклонившись над власовцем, зло прошипел я. – Был бы ты нормальным воином, так не стал бы разводить все эти показательные выступления со стихами и геройскими позами.

Вышел бы на связь с командованием да начал бы орать в эфире, что тут русские и вас захватили, но для тебя главным было стих там какой-то прочитать. Вот только я с самого начала не собирался по твоему требованию первого пленного убивать. Так что, сам того не желая, ты сказал мне все, что надо: кто тут у вас радист, а кто теперь – ненужный балласт.