Закон Севера читать онлайн

Тем более что за время моего пребывания в этом негостеприимном мире я почти не видел, чтобы кто-то использовал здесь оружие калибра 5,45 миллиметра. А вот побитые советские АКМы под патрон 7,62 × 39 встречались. Хоть и не часто, зато помногу.

– На кровати посиди, – качнул я стволом автомата.

Нейромант повиновался беспрекословно. Подошел, сел на краешек своего безразмерного ложа, скрестив руки на животе. И молодец. Как писали в мое время на милицейских плакатах-инструкциях для потенциальных заложников: «Настройтесь психологически на то, что моментально вас не освободят».

Я же тем временем, взяв свой «сто четвертый» АК хватом «винчестер» (приклад под мышкой, цевье на предплечье), принялся отсоединять магазины от советских АК и АКМов – их в спальне было несколько видов, в зависимости от годов выпуска. В результате набралось пять магазинов. Уже что-то.

– Чего ж «сто третьего»-то в коллекции нет? – спросил я, поворачиваясь к нейроманту. – Я бы…

Вот черт!

Нейромант, не вставая с кровати, целился в меня из ПМа, держа пистолет обеими руками.

Не иначе из-под подушки достал, пока я магазины собирал. Руки его слегка тряслись. Оно и понятно. Одно дело – красиво перемещаясь, стрелять по неподвижным мишеням, плотно зафиксированным в клетках Торквемады. И совсем другое – целиться из пистолета в человека, у которого в руках автомат.

Нас разделяло метров семь-восемь. Итак, расклад: у него пистолет плюс мандраж псионика, наверняка никогда не стрелявшего в вооруженного противника.

На фига ему, когда боевые роботы все за него делали? У меня – под мышкой правой руки направленный стволом вниз автомат с примкнутым магазином, в левой – еще один магазин. Остальные я на пол сложил. М-да, и как я проворонил ситуацию? Ну да ладно, размышления о смысле жизни оставим на потом. Если выживем, конечно.

– И чего не стреляешь? – тихо спросил я, крайне внимательно следя за глазами Драйва. Кто-то спросит, почему не за указательным пальцем, пляшущим на спуске? Все просто.

Непрофессионал перед выстрелом обязательно прищурится, подсознательно опасаясь грохота и отдачи. Нейромант не щурился. Он просто «держал» меня.

– Стой где стоишь, хомо, – прошипел он. – Не шевелись – и проживешь еще с недельку.

Понятно. Судя по усилившимся ударам и треску, доносящимся снизу, к штурмующим подоспела подмога, и стальная дверь начала поддаваться. А нейромант, как всегда, ждал, когда всю работу за него сделают другие.