Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Оказалось, на этот раз по делу беспокоился. Надо было ночью сразу позвонить!

— Нет уж. Так ты дома спокойно спал, а то бы прилетел, пришлось бы еще тебя в чувство приводить. А сейчас уже все позади.

Взгляд Егора теплеет, он гладит меня по лицу:"

"— Спасибо тебе. Ты очень смелая и сильная женщина.

— Нет. Я слабая. Рядом с таким мужчиной хочется быть именно слабой. Потому что чувствуешь себя как за стеной.

— Я люблю тебя. Ты ведь знаешь?

— Знаю. И я тебя. Я даже не знала, что могу так сильно любить.

Я самая счастливая женщина! У меня теперь целых трое самых лучших мужчин!

Мы еще долго сидим все вместе. Разглядываем маленького, такого дорогого человечка, мечтаем, разговариваем.

А оставшись одна, я думаю о том, что жизнь все же лучше нас знает, как расставить все по местам. Мы можем бояться, можем пытаться спрятаться от судьбы, но это все бесполезно. Как бы сильно мы не держались за свои страхи и прошлый нерадостный опыт, однажды придется сделать свой шаг из прошлого, и он приведет к твоей судьбе.

Эпилог

Боже, эти пацаны сведут меня с ума! Антон не берет трубку, он ушел гулять и должен был вернуться часа два назад, но, ни ответа, ни привета. Да, четырнадцать лет — сложный возраст. А у младшего Аднрюшки поднялась температура. Егор тоже задерживается на работе. И что мне делать? Хотя, даже если я пойду искать старшенького паршивца, все равно не найду. Наверняка они с друзьями куда-нибудь ушились.

Раздается плач из спальни, ко мне подбегает Андрюша и просится на ручки.

Когда он болеет, постоянно капризничает и с рук не слазит.

Меня одолевают злость и страх одновременно. Андрюшка продолжает плакать, мне тоже хочется зареветь. Еще и Егор не берет трубку, но это ожидаемо, так как сегодня у него снова сдача проекта.

Слышу поворот ключа в двери, бросаюсь в прихожую. Сейчас я готова просто прибить этого гаденыша. Но, к моему удивлению, Антон заходит не один, а вместе с Егором. У Антона вид бледный и хмурый. Я только открываю рот, чтобы сказать все, что думаю, но Егор поднимает вверх руку, останавливая мой гневный поток:

— Тише, Ника, тише, — говорит он.

— Ты переживала, мы знаем, но больше такого не повторится, да, Антон?

— Да, — вид у сына и правда виноватый, поэтому злость моя проходит, оставляя облегчение, что с ним все в порядке. Зато теперь снова принимается выступать малой. Увидев папу, он начинает завывать еще громче. Егор, конечно, все бросает и берет на руки свое сокровище.