Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я осмотрелась в поисках чего-то, чем можно было разбить окно, но меня окружал ровно постриженный зеленый газон. Зажмурилась и изо всех сил ударила в окно локтем. Стекло посыпалось внутрь помещения, но острые края остались торчать, и я попытавшись выдернуть их, порезала пальцы, но не обращая внимание на боль забралась в оранжерею. Бросилась к деду в надежде, что он жив и мне удастся привести его в чувство.

— Вставайте, пожар! Слышите? Батыр! Вставайтееее! — я трясла его за плечо, но он не двигался.

В ужасе я приложила пальцы к его запястью, пытаясь нащупать пульс, потом перевернула его на спину, прижалась ухом к груди — сердце бьется. И что мне делать? Если попытаться поднять его на кресло тогда я смогу его отсюда вывезти. Где-то сбоку раздался треск и пламя словно пробежало волной по потолку, показывая кончики оранжевых языков, сквозь мгновенно начавшие обугливаться деревянные балки, подпирающие стеклянную крышу-купол. Я изо всех сил напряглась и приподняла Батыра, потащила к коляске.

Несмотря на дряхлость и худобу он оказался очень тяжелым, и я с огромным усилием усадила его на сидение, хотела было повезти, но вместо движения коляска издала жалобный скрип, дернулась сильно вперед, дед выскользнул обратно на пол, а колесо от коляски отпало и покатилось в сторону стены, которая вдруг вспыхнула пламенем и начала вздуваться пузырями, которые лопались и заполняли гарью все помещение.

Застонав от отчаяния, я схватила деда под руки и изо всех сил потянула в сторону двери.

Дышать становилось все сложнее, мне казалось, что дым заполнил мои легкие, что он забивается мне в глаза и словно когтями дерет мне горло. Когда мне все же удалось дотянуть деда до двери, и я силой толкнула ее вперед — та не поддалась. Я подергала ручку и внутри все похолодело — оранжерею заперли снаружи.

Батыра Дугур-Намаева закрыли внутри оранжереи, сломали колесо на коляске и подожгли левое крыло дома. Он должен был здесь сгореть, и никто бы сразу его не обнаружил.

Я схватила один из стульев и изо всех сил ударила по стеклянной двери, раздался звон, посыпались осколки, просунула руку, нащупывая замочную скважину, чувствуя, как опять порезала руку, но ключа в замочной скважине не оказалось. От отчаяния я закричала, оглядываясь назад и понимая, что времени совсем мало. Еще немного и огонь подберется к нам. А вытащить старика через разбитый проём я не смогу. Что же делать.