Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Маленькие столики, он очень высокий. Для Парижа или Милана – это вообще ерунда. Там сидеть со всех сторон вплотную зажатым чужими людьми – норма. И там, с другими людьми я бы даже не шелохнулся. Но здесь и с ним…

Август не проявил никаких эмоций, словно и не происходило ничего. Он явно в день проводит десятки деловых встреч, и в офисе, и в ресторанах, в кофейнях. Что для него прикосновение к другому человеку? Для него – ничто. А для меня…

– Женя, ты все время молчишь. Мне кажется, или ты боишься меня?

– Я? – щеки мои вспыхнули, и это не укрылось от него.

– Я всегда такой.

– Всегда кого-то боишься?

– Нет, я… Я, просто задумчивый.

– Женя, – голос моего собеседника бархатной пеленой покрыл мою тонкую кожу, – ты не должен бояться меня. И никого другого. Я же рядом.

На его лице появилась спокойная, но очень уверенная улыбка. Она, словно бриллиант, засияла в полутемном помещении. Я не сразу понял, о чем он говорит. А когда понял – покраснел еще сильнее.

– О, вот и наше вино! – поднял голову и отклонился на спинку стула мой босс.

– Выпей, тебе должно полегчать. Это все жара и первый рабочий день. Так всегда бывает, когда начинаешь что-то новое.

– Да, наверное, – кивнул я и взял бокал.

Во рту пересохло, переволновался и вообще чуть не сошел с ума от впечатлений. Только так могу объяснить, почему залпом осушил весь бокал! Так не делают! Так нельзя!

Но я это сделал и зажмурился – прохладный виноградный нектар заскользил по моей гортани и устремился прямо в желудок.

Я открыл глаза и увидел удивленное лицо Августа.

– Девушка, похоже, нам еще один бокал. Жарко тут у вас.

Официантка даже не посмотрела на меня и молниеносно удалилась исполнять заказ так привлекшей ее знаменитости. Я же прикрыл ладонью рот. Мне стало стыдно. Не только за то, что только что сделал, но и за то, что осознал. Вино мгновенно ударило мне в голову. Тщедушное тело, голодный желудок, непривычно много работы за один день и целый бокал хорошего вина залпом.

Я понял, что никогда раньше так не делал. Один бокал для меня – это много, и это при том, если потягивать его несколько часов, под хорошую закуску, не спеша.

Не успел я допереварить первый, как передо мной материализовался второй.

– Теперь, пожалуй, за знакомство!

Мой Бог улыбнулся и протянул ко мне свой бокал. Я тоже поднял сосуд, как бы поддерживая его. Теперь уже мне страшно было говорить потому, что я уже не управлял своим языком.