Name: Женщины Цезаря
Author: Колин Маккалоу

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Чужие пальцы взяли его пенис, вытянули его… Что происходит?! Сначала Клодий подумал о кастрации. От страха он обмочился и обгадился, вызвав хохот присутствующих. После этого он лежал неподвижно, но визжал, кричал, лепетал, выл. Где он, если им не приходится затыкать ему рот?

Они не кастрировали его, хотя то, что они проделали, было ужасно больно. Боль пронизывала его до самого кончика пениса.

– Вот и все, – сказал голос. – Ты хороший мальчик, Публий Клодий! Теперь ты навсегда – один из нас. У тебя быстро все заживет, если ты несколько дней не будешь совать свой фитиль во что-нибудь нехорошее.

На него опять надели набедренную повязку, испачканную экскрементами, поправили тунику – и Клодий выключился. Потом он так и не узнал, то ли его ударили по голове, то ли он сам потерял сознание.

Проснулся он в своем доме, на своей кровати, с больной головой и чем-то очень болезненным между ног. Эта боль была первым, что он ощутил, прежде чем вспомнить, что с ним произошло. Сразу забыв о боли, он вскочил с кровати и, ахнув от ужаса, опустил руку к пенису, чтобы проверить – вдруг там ничего больше нет? Казалось, все на месте, только что-то странное багрово блестело между засохшими полосками крови.

Обычно он видел это во время эрекции. И даже сейчас еще не понял. Хотя он слышал об этой процедуре и знал, что только евреи и египтяне прибегают к ней, но прежде не видел ни одного еврея, ни одного египтянина. Очень медленно к нему приходило понимание. И когда Публий Клодий наконец понял, он заплакал. У арабов тоже это принято, раз они сказали, что теперь он – один из них.

Они обрезали его, они отрезали ему крайнюю плоть!"

"Публий Клодий отплыл в Тарс. Море наконец было свободно от пиратов благодаря Помпею Магну. В Тарсе он сел на корабль, идущий к Родосу. Из Родоса он отправился в Афины. К тому времени у него так все великолепно зажило, что он вспоминал о том, что с ним сделали арабы, только когда мочился. Была осень, но Клодий преодолел все шторма Эгейского моря и сошел на землю в Афинах. Оттуда он поехал в Патры, потом в Тарент – и понял, что он почти дома.

Он, обрезанный римлянин.

Путь по Аппиевой дороге переживался Клодием тяжелее всего, ибо он понял, насколько умно поступили с ним арабы. Он никому не посмеет показать свой пенис. Если кто-нибудь увидит это, позорная история сразу сделается достоянием общественности и Клодий превратится в посмешище. И он никогда не сможет отрицать случившегося. Ему придется справлять нужду только в уединенных местах.