Name: Женщины Цезаря
Author: Колин Маккалоу

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

В будущем эти лишние двадцать дней будут вставляться в календарь регулярно, твердо заявил Цезарь. Никаких отговорок или религиозных уверток он не потерпит. Затем он сообщил, что обнародует в колодце комиция закон, согласно которому в календарь будут внесены лишние сто дней и наконец календарь будет совпадать с сезонами всегда. Сейчас только начинается лето, а по календарю – уже конец осени. Эта схема вызвала гневный ропот у некоторых, но яростной оппозиции не получилось.

Все присутствующие (включая Цезаря) знали: Цезарю придется ждать, пока он не сделается консулом. Только тогда у него появится шанс провести этот закон.

Во время перерывов в повседневной работе Цезарь хмуро оглядывал внутреннее помещение храма Юпитера Всеблагого Всесильного. Катул все продолжал восстанавливать храм. Работа стала намного отставать от графика после того, как возвели стены. Храм уже можно было посещать, но он производил гнетущее впечатление.

В нем не ощущалось прежнего великолепия. Большая часть стен была оштукатурена, но не украшена ни фресками, ни лепниной. Ясно, что Катул не обладал достаточной хваткой, чтобы заставлять иноземные государства и государей-клиентов отдавать замечательные произведения искусства своей земли Юпитеру Всеблагому Всесильному как часть их дани Риму. Ни статуй, ни славных Побед, управляющих четверками коней, впряженных в колесницы, ни картин Зевксиса.

Не было даже изображений самого Великого Бога, чтобы заменить древнюю гигантскую терракотовую статую, выполненную этруском Вулкой еще до того, как Рим, словно младенец, начал карабкаться на мировую арену. Но пока Цезарь оставался спокоен. Великий понтифик – должность пожизненная, а ему еще не исполнилось и тридцати семи лет.

В конце собрания он объявил, что пир в честь его инаугурации состоится в Государственном доме через восемь дней, и направился по короткому спуску из храма Юпитера Всеблагого Всесильного в государственную резиденцию верховного жреца.

Давно привыкший к неизбежной толпе клиентов, которые сопровождали его всюду, и потому научившийся не обращать внимания на их болтовню, Цезарь, погруженный в мысли, шел медленнее, чем обычно. Конечно, неоспорим тот факт, что он принадлежал Великому Богу, а значит, он победил на этих выборах по воле Великого Бога.