Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Вот записи Гальдера, которые доказывают это и которыми я закончу анализ девятого мифа (выделения жирным шрифтом в цитатах — мои. — С.К.).

9 июля 1941 года, 18-й день войны:"

"«17.00. — Хойзингер: о текущих делах…

в. Обмен мнениями по вопросу будущей организации и распределения сил в оккупированных областях России после разгрома русских вооруженных сил (как оказалось, не состоявшегося. — С.К.). Следует сейчас же начать подготовку к зиме».

25 июля 1941 года, 34-й день войны:

«Совещание начальников штабов групп армий 25 июля 1941 года…

в.

Уже сейчас продумать вопрос о подготовке к зиме (зимнее обмундирование)».

2 августа 1941 года, 42-й день войны:

«…Вопрос о снабжении зимним обмундированием. Поставки зимнего обмундирования, заявки на которое были отправлены в мае, позволили обеспечить лишь небольшую часть общей потребности. Запад должен обойтись своими ресурсами. В распоряжении начальника управления вооружений сухопутной армии есть достаточный запас обмундирования, предназначенного для действующих войск на Востоке.

Этого запаса хватит до октября месяца сего года».

Как видим, «сани» для русской зимы вермахт — в полном соответствии с русской пословицей — начал готовить летом. Другое дело, что ситуация к зиме оказалась «нерасчётной» — и войска с запада пришлось перебрасывать, и склады с обмундированием противник уничтожал, и необратимые потери обмундирования, не снятого с трупов немецких солдат, оказались намного большими, чем предполагалось.

Гудериан, правда, заявлял позднее, что в разговоре с Гитлером в середине декабря 1941 года он якобы обвинил интендантов в том, что они уже несколько недель не могут «протолкнуть» зимнее обмундирование на фронт и эшелоны с ним стоят в Варшаве.

Но где же были, во-первых, хвалёные германская пунктуальность и германская организованность? И что это Гудериан «зачесался» лишь в середине декабря? Он ведь мог «проследить путь» зимних тулупов не в декабре, как он это сделал реально, а несколькими неделями ранее! Однако не проследил — под Москвой всё шло так, что немцы уже теряли голову и способность к трезвым действиям.

Они были морально разбиты даже раньше, чем это произошло на поле битвы.

Так что ж тут сетовать на «русскую зиму»?

Да и была ли она, наша русская зима, всегда такой уж суровой в конце 1941 года? Я напомню читателю одну лишь фразу из записи переговоров по прямому проводу И.В. Сталина с командующим Калининским фронтом И.С. Коневым 12 декабря 1941 года.

«КОНЕВ. Дело осложнила оттепель, через р.