Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Лучше бы не делал этого, честное слово. На меня смотрел…дед. Но молодой. Очень молодой. Лет восемнадцать — девятнадцать. Но дед. А мое лицо где? Мое! Родное! Твою мать…

Я выронил зеркало из моментально ослабевшей руки и попятился назад."

"— Ой, ну хватит. Давай, соберись. Чай не кисейная барышня. Под пулями бегал не истерил. А тут ты погляди, совсем расклеился. — Белиал махнул небрежно рукой.

— Ты кто такой? Что, ешкин кот, происходит? — Голос позорно сорвался.

Мне срочно нужно было присесть, а то и прилечь.

Диванчик, тот самый, на котором проснулся, теперь оказался чрезвычайно кстати. Подошёл к нему и без сил плюхнулся на задницу. Честно сказать, шок случился столь сильным, что даже голову резко отпустило. Пол больше не раскачивался, а боль вообще растворилась в суматошно мечущихся мыслях.

— Наша песня хороша, начинай сначала… Повторяешься, родной. Белиал я. А ты — Симонов Иван Иванович. Тысяча девятьсот двадцать второго года рождения.

Выходец из семьи крестьян. Коммунист, политически благонадежный парень и просто орёл. С детства мечтал служить Родине. Считаешь коммунистическую партию Советского союза лучшим явлением вселенной. Ну, и конечно, фанатеешь по тем двоим. — «Клетчатый» кивнул в сторону портретов.

— Нет. Этого не может быть. Я — Симонов Иван Сергеевич. И это, — Потрогал пальцами собственные щеки, потом нос, — Не мое лицо!

— Вот чего ты прицепился к физиономии? Не твое и черт с ним.

Все равно ведь не постороннее. Симонов Иван Сергеевич, это ты там. — Белиал неопределенно махнул рукой куда-то в сторону окна. — В будущем. Здесь ты — Иван Иванович. И вообще. Что за капризы, не пойму? Могли, между прочим, в бабу засунуть. Ты погляди-ка. Рожа ему не та. Деда что ли не уважаешь? А? Короче, я с тобой времени потратил слишком много. Теперь слушай инструкцию в сокращённом варианте, вместо подробной развернутой.

Сейчас мы находимся в 1941 году. Месяц нынче апрель. Ровно через пять минут в этот кабинет войдёт твой коллега. Степан, вроде как… Или Алексей… Не суть. Тебя вызовут к Лаврентию. Получишь приказ перейти в 13-й отдел НКВД …

— Двенадцать…

— Чего двенадцать? — «Клетчатый» нахмурился, явно недовольный тем, что я его перебил. Зато бесячая ухмылка, наконец, исчезла с его лица.

— Отделов было двенадцать. Это даже мне известно.