Name: 22 июня — 9 мая. Великая Отечественная война
Author: Артем Владимирович Драбкин

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Немцы вообще присвоили оборонительным сооружениям в Севастополе громкие имена: «ГПУ», «ЧеКа», «Сибирь», «Максим Горький», «Молотов», «Сталин». Иногда такие имена получали укрепления времен Крымской войны 1853-1856 годов. В случае с «Фортом Сталин» дело было не в самой батарее, а в высоте, на которой та располагалась. Как писал Эрих фон Манштейн, она была «господствующим над бухтой Северной наблюдательным пунктом для нашей артиллерии». Морской пехотинец Г.Е. Замиховский вспоминал о тех боях: «Для спасения батареи был сформирован сводный отряд моряков-добровольцев, в который попал и я.

Два дня мы бились с немецкой пехотой на подступах к батарее. Рукопашный бой в заграждениях из колючей проволоки… Жарко там было, большинство из нашего отряда погибло… Мне там штыком плечо пропороли, но в санбат я не пошел. Кто из нас живым остался, вечером 31 декабря вернулись по своим частям. Медаль «За отвагу» дали за восемь лично убитых мною немцев, включая офицера, пистолет «Парабеллум» которого я забрал в качестве трофея».

Командование Приморской армии. Май 1942 г. Слева направо: начальник штаба генерал-майор Н.И. Крылов, командующий армией генерал-майор И.Е. Петров и начальник артиллерии армии генерал-майор Н.К. Рыжи

Советские морские пехотинцы ведут бой в районе Севастополя. 1942 г. Краснофлотцы вооружены пистолетами-пулеметами ППШ-41, самозарядной винтовкой СВТ и трофейными немецкими пистолетами-пулеметами MP-40

Экстренные меры – предпринятые советским командованием, сорвали план взятия Севастополя за 4-5 дней, но обстановка оставалась критической.

Немецкие войска могли пробиться к Северной бухте и взять под обстрел причалы, где разгружались боеприпасы и прибывшее пополнение. Поэтому советское командование не отказалось от проведения десантной операции в Керчи и Феодосии. 26 декабря в Керчи высадились передовые отряды десантников. Артиллерист Герой Советского Союза М.Ф. Борисов вспоминал: «Как же меня укачало! Вылез на палубу, прислонился к мачте. Травил по-страшному Тут налетели немецкие самолеты.

Один сейнер ушел под воду второй. Всего девять сейнеров потопили. Я стоял и молил, чтобы бомба попала в мой, чтобы не мучиться, потому что казалось – страшнее морской болезни ничего в жизни нет». Десантникам удалось закрепиться на небольших плацдармах, но продвинуться в глубь полуострова они не смогли. Вся десантная операция оказалась поставлена под удар, а защитники Севастополя уже держались из последних сил.