Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Когда она пытается объяснить, кто такой Картман, отец перебивает ее: «Если я узнаю, что ты дралась в школе, ты будешь наказана! Понятно?» Венди отвечает: «Понятно», и обещает не драться. Картман за спиной родителей высовывает язык и показывает ей неприличные жесты.

Эта сцена имеет большую важность, так как она отражает суть того, чем является «Южный Парк» – сатирой на современную культуру. Взгляды Трея Паркера близки к либертарианству, и его отталкивает то, что он считает фальшивым голливудским либерализмом. Здесь он высмеивает невежество и лицемерие взрослых, особенно отца Венди.

Он не только неуважительно относится к собственной дочери, он даже не удосуживается спросить, почему она так зла на Картмана, и говорит при этом: «Ты будешь наказана!». Таким образом, сложившаяся причинно-следственная связь подталкивает персонажей, главным образом Картмана, продолжать гнуть свою линию, раскручивать историю и вовлекать в нее других персонажей. В итоге повествование приходит к тому, что интересно самому Паркеру и что позволяет ему раскрыть потенциал жанра, в котором он силен, сатиры.

Но, как это часто бывает с крупными писателями/сценаристами, он идет дальше, не останавливаясь на достигнутом.

На этом история могла бы закончиться: ответ на главный драматический вопрос дан, Венди не изобьет Картмана. Но когда опьяненный своей безнаказанностью Картман рано утром приходит в школу, там уже собрались все ученики школы, чтобы увидеть бой. Появляется Венди, и, когда она отказывается драться, он кудахчет, как курица, намекая на то, что она струсила.

Венди честно рассказывает всем, что сделал Картман, – плакал, как маленький ребенок, прячась за мамочкой, но он отрицает это, и никто ей не верит. В итоге она не только побеждена, но и унижена.

Но Картману и этого мало. Позже, в классе, Венди, сломленная несправедливостью, кладет голову на парту, а Картман, воодушевленный своей безнаказанностью, выходит к доске, чтобы прочитать доклад – о чудо! – по теме рака молочной железы. Но в его исполнении это, разумеется, всего лишь наполненная плоскими и пошлыми шуточками дешевая комедия.

Венди ошеломлена и, задыхаясь, восклицает: «Ах ты сукин сын! Ты меня уделал, но не можешь остановиться!» Венди срывается с места, подбегает к Картману и трясет его за грудки, требуя, чтобы он прекратил паясничать, после чего ее вызывают в кабинет директора.

По мере того как происходит цепочка этих событий, напряжение продолжает нарастать, и история доходит до своей сути.