30 золотых за истинную. читать онлайн

Не раздумывая, метнул в ушастую крысу копье, но бросок вышел не очень точным. Что ж, придется потратить свое время на то, чтобы добить ее, но это будет позже. Пока же я был вынужден броситься за веером.

К моему счастью, меткостью Талилия тоже не отличилась, а Абраксас не сразу понял, куда упало оружие. Это позволило мне первому схватить ритуальный веер и полоснуть им по рабу, чье крыло в очередной раз оказалось в опасной близости передо мною. Затем я снова взмахнул рукой и, наконец-то, избавился от уже порядком надоевшей и, пожалуй, самой опасной части тела Абраксаса.

Оставшийся без крыльев раб все еще представлял опасность, так что опомниться от новой травмы я ему не дал. Острыми лезвиями нанес серию ударов по спине и груди противника. Абраксас завалился на бок, а я, на всякий случай, перерубил ему ногу. Отошел на два шага, чтобы убедиться, что валяющаяся передо мной рогатая скотина уже не сможет мне навредить.

- Твой отец был ничтожеством! Он на Охоте выбрал гарроту, которой заставил одного из рабов убивать за него.

Я же играл честно, застрелив каждую свою дичь лично! Разве это справедливо, что твой папочка победил, заработав больше меня очков?

Раб не подавал никаких признаков жизни, и я даже испугался - не сдох ли раньше времени? Приблизился к поверженному противнику, перевернул его ногой и очень довольно засмеялся, когда тот пошевелился.

- Ты оказался точно таким же ничтожеством! Хотел забрать у меня корону, используя чужую истинную? Не выйдет. А слепую свою, кстати, ты зря мне не отдал, хотя бы она осталась бы жива на какое-то время.

Жаль, конечно, что ты ничего не увидишь, но я очень постараюсь, чтобы ты услышал, как она будет орать перед смертью.

Только я собрался повернуться в сторону, где последний раз видел его девку, как чьи-то пальцы вцепились в мою лодыжку и с силой потянули меня назад. От неожиданности я не смог устоять на ногах и упал лицом вниз.

Глава 40: Корона.

Абраксас.

Я лежал на земле, связанный мерзкими оковами собственного бессилия. Боль от полученных ран была нестерпимой, но она волновала меня меньше всего.

Куда страшнее было понимать, что эти повреждения не позволяли мне пошевелиться, хотя я обязан был подняться, чтобы заставить Асмодея замолчать навсегда. Но все, что я мог – это слушать, как он насмехается надо мной и обещает убить Аделину.

На какую-то секунду демон умолк, а затем послышались его отчаянные вопли. Крики демона разбавили звуки ударов и хруста костей, а через несколько минут наступила тишина.