Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Дорогой Муриллио бормочет невесть что беззубым ртом и погружается в жизнь бездеятельную. Обещай же Крюппу, дорогой Резак - когда заметишь, что сей блистательный образчик начнет спотыкаться, шамкать, разговаривать с тучами, храпеть, пердеть, обмачивать штаны и так далее, свяжи рекомого Крюппа, засунь в особо прочный мешок, отнеси к ближайшему утесу и швырни! В воздух! Вниз, на грозящие скалы, в кипящие моря, в густую пену - Крюпп умоляет! И послушай, дорогой Резак: сделав это, спой и посмейся, а также плюнь ему вслед! Обещаешь ли?

- Если буду поблизости, Крюпп, сделаю все в точности.

- Крюпп чувствует облегчение, большое облегчение. Ай, яй! Пирог бунтует в нижних кишках - еще чаю, прошу, дабы ублажить безвкусное убожество земли подобающим ей битумным шлаком. А потом настанет время ленча! Погляди - ка, кто пришел, никто иной как Муриллио, нанятый на работу, сверкающий и готовый на всяческое великодушие!

***

Любовь Искарала Паста была чистой и совершенной, только жена все портила.

Если он склонялся влево, она склонялась вправо; если он склонялся вправо, она склонялась влево. Если он вытягивал шею, она тоже вытягивала шею и все, что он мог видеть - спутанную сеть волос и стальные черные очи, в которых видно слишком много ума - слишком много для нее и для него тоже, если подумать.

- Тупая карга, - пробурчал он. - Не понимает, что если я склоняюсь туда и сюда, то только потому, что мне это нравится, а вовсе не потому, что Верховная Жрица вон там обильно демонстрирует изобильные задние части - отлично зная, о да, зная! что я тут ерзаю и пускаю слюни, вздыхаю и хриплю.

О искусительница, о подлая лиса! Но нет! В любом положении передо мной неумолимая немезида, прокляни мои глаза! Может, мне удастся отослать ее под благовидным предлогом. Какая идея! - Он начал улыбаться и клониться вперед, но броня его очарования мигом начал осыпаться и трещать под губительным напором ее взора. - Сладкая виноградинка, пышечка! Мула нужно вычесать и заботливо накормить.

Он там, к храмовой конюшне.

- Сейчас?

- Да. Поскольку ты явно ничем не занята, могла бы заняться чем-то полезным.

- Я делаю что-то весьма полезное, дорогой муженек.

- О! И чем же, милая замарашка?

- Я приношу в жертву свое время, удерживая тебя от глупостей больших, чем ты совершаешь обыкновенно. Уверяю, это трудная задача.

- О каких глупостях ты толкуешь? Любимая устрица, о чем ты тут?

- Она соизволила согласиться с твоими претензиями.