Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— А ты откуда о них знаешь? — спросила я, мигом открыв глаза, и прищурившись. Чемоданчик отвечать не торопился, а затем и вовсе скрылся за дверью ванной, избегая ответа. А я в очередной раз за сегодня задумалась. С чемоданчиком мы были знакомы довольно давно, но знала ли я его по-настоящему?

В последнее время он вел себя особенно странно. В один миг мог сказать что-то странное, а затем сделать вид, будто ничего не было. До сих пор все мои попытки расспросить его об этом проваливались, но я не теряла надежды. И вот, когда он вновь покинул свое укрытие, на сей раз ради свежих пончиков с кремом из столовой, я решила попытаться снова:

— Вот скажи.

.. Мы с тобой друзья? — может это и не лучший способ начать подобный разговор, но других идей в тот момент у меня не было.

Чемоданчик так и замер, потянувшись за третьим пончиком, а затем с укором посмотрел на меня.

— Конечно друзья! — возмущенно воскликнул он, — Да я ради тебя!.. И вообще!.. Как ты можешь такие вопросы задавать?!

Я даже устыдилась и растерялась под его напором, но быстро пришла в себя:

— Тогда как так вышло, что ты мою тайну знаешь, а я твою — нет?

Чемоданчик сокрушенно вздохнул над подносом с пончиками, а затем вновь повернулся в сторону ванной, но я взглядом дала понять, что в этот раз никуда не отпущу, пока не узнаю правду.

— Расскажешь — еще принесу, — пообещала я, взывая к его жадности... Ну или непомерному чувству голода. Кто ж его разберет?

— А можно с малиной? — тут же спохватился чемоданчик, пользуясь возможностью.

— Хоть с шоколадом, — охотно согласилась я, — Ну что, расскажешь, что у тебя за тайна такая, что ты от меня за дверью каждый раз прячешься, как нашкодивший кот? Или мне самой съесть все эти пончики?..

Нет, конечно, насчет последнего я лукавила. Даже с пустым желудком я бы не осилила целый поднос, не говоря уже о том, чтобы съесть все это после сытного обеда. Но нужно ведь было его как-то разговорить!

— Да что тут рассказывать... — грустно вздохнул он, — Никакое я не гениальное творение артефактора, а провал, самый настоящий провал.

— Это еще почему? — нахмурилась я, ничего не понимая.

Сколько его помню, чемоданчик всегда любил хвалиться тем, что он уникальный, единственный на всем белом свете разумный артефакт, достижение в области магии и науки, и благодаря его гордости за себя-любимого, и мага, который его создал, я ни на день об этом не забывала. Поэтому слышать такие слова теперь было по меньшей мере странно.

— Да потому, что я и есть он...