Безбашенный читать онлайн

 — Начинаем!

— Дождись меня, — он рвано, тяжело дыша отстраняется, — и каждый миллиметр назад ему явно дается с невероятным трудом, а я — все еще не понимаю, что происходит, только чувствую какой-то безумный холод, что пробирает насквозь от того, что не ощущаю больше кожей его тело. И его бьющееся сердце рядом с моим. Как будто от меня вдруг кусок отрезали!

— Что? — тянусь к нему руками, ничего не понимая, не в силах даже сделать шаг вперед, к нему, пытаюсь притянуть обратно, обхватив за плечи. — Антон….

— Мне нужно идти… — отвечает так же рвано, хрипло, проводя по моим губам пальцами и снова лихорадочно мечась по моему лицу глазами.

 — Дождись меня после выступления! Обязательно дождись, Мира!

Я ничего не понимаю.

Куда ему нужно? Почему? Зачем?

Но все эти вопросы так и застревают в груди, тело и губы дрожат и я просто не в состоянии выдохнуть ни единого слова!

Антон, жадно, тяжело сглатывая, снова пробегает по мне безумным взглядом, приглаживает растрепавшиеся волосы обеими руками, застегивает пуговку на шортах, долго морщиться, глядя на распахнутую блузку с оторванными пуговицами, поправляет чашечки бюстгалтера…

Я, все еще не очнувшись, смотрю вниз, — черт, ну вот и как я теперь выйду отсюда в таком виде?

А после просто завязываю блузку в узел, оставляя вынужденно живот открытым

Антон застегивает рубашку, так и оставляя ее навыпуск, — и я вижу, что его руки дрожат точно так же, как и у меня.

Пытается пригладить уже свои волосы, но только взъерошивает их на самом деле еще сильнее, — и я почему-то улыбаюсь, — счастливо и как-то немножечко безумно, — сколько раз я видела этот жест — и во сне и наяву! Кожа на пальцах отзывается покалыванием — так хочется прикоснуться к этим жестким, вечно непослушным волосам, — пальцы все это время помнили их наощупь.

— Здесь тебе оставаться нельзя, — Антон обхватывает мой затылок всей растопыренной пятерней, прижимаясь лбом к моему, не отрывая глаз, снова хрипло выдыхая каждое слово. — Сюда толпа в любой момент налетит — наши и остальные… В зале дождись меня, Мира.

Да?

— Да — выдыхаю, понимая, что смысл сказанного им остается для меня где-то на двадцать пятом плане. Самое главное, единственно важное сейчас — это его глаза, его дыхание, то, что наша кожа снова соприкасается, — и больше нет ничего, все остальное — как-то нелепо и совершенно ненужно и неважно…

— Первый поворот направо, — говорит Антон, и я слышу, как он щелкает замком у моей головы, сзади. — Там зал.