Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

А так… В юности результаты хорошие показывал, а потом бросил. Довёл бы, что ли, до конца.

-Между прочим, он твоего сына… тренирует, - сухо заметила я, недовольная ходом его мыслей.

-Ну вот пусть дальше и тренирует, пока Ванька мелкий, ему вроде как нравится. Знаешь, а я ведь был уверен, что Иван сразу же сдастся. А ты смотри, уже почти год держится. Значит, пусть пока ходит. А потом отдадим его куда-нибудь в более солидное место.

Продолжать дальше разговор пропало всякое желание, отчего-то стало обидно и за Дамира, и за Ваньку… и, странным образом, за себя.

* * *На следующее утро невыспавшийся Слава пытался одеться на работу, попутно контролируя сборы сына. У обоих выходило одинаково плохо. Слава злился и опаздывал, а ребёнок откровенно тормозил, копошась в своих вещах и притворяясь пеньком каждый раз, когда отец пытался его ускорить. Лишь я, прыгая на одной ноге, всячески улыбалась им, по возможности сглаживала углы, сдерживая едкое замечание в сторону мужа о том, что собранным быть легко, если отвечаешь только за себя.

"Когда градус накала страстей приблизился к критическому, я предложила оставить Ваньку дома, но Слава, убивший на их сборы кучу времени и сил, зыркнул на меня так, что оставалось только выставить больную ногу вперёд и напомнить, что жизнь меня и так уже наказала. Это явилось моей стратегической ошибкой, ибо и без того заведённый муж оказался просто не в состоянии оценить моего чувства юмора. Громко хлопнув дверью на прощание, мои мужчины отправились в путь, а я потёрла вдруг затёкшую от напряжения шею и поскакала к своему ноутбуку готовиться к новому рабочему дню.

На самом деле Слава не всегда был такой серьёзный и раздражительный, как в последнее время. Когда мы познакомились в университете, он был самым обычным парнем. В меру весёлый, в меру распущенный, в меру ленивый, в меру неорганизованный… В общем, самый обычный студент, любящий халяву и развлечения и впахивающий тогда, когда жизнь от него этого требовала.

Менялся он с годами, по мере роста - возрастного и карьерного. И вот, когда мы оба тихо подкрадывались к рубежу тридцатилетия, мне всё больше начинало казаться, что в своё время я выходила замуж за кого-то другого. Но вообще мне было грех жаловаться. Слава был надёжный, верный и порядочный. Да, определённая доля снобизма и излишнего самомнения были ему не чужды, но обычно это мне даже в нём нравилось, позволяло чувствовать себя в безопасности.