Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

В голове — звенящая пустота, вакуумная, высасывающая. Будто из привычного мира, где все было понятно и разложено по полочкам, одним махом выбили несущую стену. И все расчеты, чертежи и шестеренки посыпались в эту дыру, как какой-то хлам. Я отхлебнул наливки. Сладкая, зараза, а на вкус — полынь. Неужели я так просчитался?"

"Я ведь на полном серьезе считал себя стратегом. Мужиком, который на три хода вперед видит. Который в цель лупит, все расклады вокруг просчитывает. Еще и нос задирал, чего уж там. А по факту оказался простым технарем.

Гений, спору нет, правда только в пределах своей кузни, а за воротами — слепой котенок. Закопался по уши в своих конвертерах, в этой вечной битве за давление пара и жаропрочность кирпича, и упустил из виду главное. Прошляпил то, что этот старый боярин, который и слова-то такого, «термодинамика», не знает, раскусил в два счета, едва глянув на донесения Брюса.

Ну как так-то? Я, инженер, для которого системный анализ — это как «Отче наш», мог проглядеть очевидное? Ведь все было на поверхности, все логично до безобразия.

Нужно было просто на секунду оторваться от железок и подумать о людях.

Я мысленно отмотал пленку назад, заставил себя прогнать всю эту историю заново, но уже как командир диверсионной группы, как аналитик, которому на стол положили сухую сводку. Голые факты. Декомпозиция, чтоб ее. Разложить все по полочкам.

Итак, пункт первый. Самый простой, тот, до которого даже я додумался. Налет на завод в Евле. Итог — шведы остаются без своего главного военного завода.

Следствие: армия Карла больше не может по-быстрому латать дыры в вооружении. Пушки, мушкеты — все это теперь штучный, дефицитный товар. Их военная машина, громыхавшая на всю Европу, начинает скрипеть и разваливаться. Карл из хищника, который мог отрастить себе новую лапу, превращается в инвалида. Рыкнуть еще может, это — да, да вот любой серьезный бой для него — шаг к пропасти. С этим все ясно, это и была моя основная задача.

Пункт второй. Последствия для соседей.

А вот тут мой хваленый анализ уже дал сбой. Я думал о шведах, совершенно забыл про тех, кто под ними ходит. Пока Карл был на коне, его польская марионетка Лещинский сидел на троне. Вся эта гонористая шляхта смотрела на Варшаву, как на солнце, потому что за ней стояла непобедимая армия. А что случается, когда эта армия начинает хромать? Когда до ушей панов долетают слухи о сожженном заводе и о том, что новых пушек у шведов не будет? Правильно.