Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Викентий Андрианович, — обратился я к нему, — а Вы когда последний раз Пахомовну видели?

— Я… Я ее вообще целый день не видел, — с трудом проговорил Татаринов, явно борясь с потрясением.

— Уверены? — уточнил я.

— Намекаете, что вот это вот убийство — оно тоже на моей совести? — спросил он меня возмущенно, срываясь на крик. — Но зачем мне это? Ну, скажите! Ну, скажите, зачем мне убивать Пахомовну?!

— Да успокойтесь Вы, — сказал я ему. — Никто Вас ни в чем не обвиняет.

И я кивнул городовому, чтобы он увел посторонних с места преступления.

Тот вежливо оттеснил к дому рыдающую Сусанну и все еще возмущенного Татаринова.

Я еще поговорил с дворником. Но тот ничего толкового про убийство сказать не мог. «Шел-нашел», вот и весь сказ. Зато припомнил он, что днем видел, как возле дома крутился какой-то незнакомец, похожий на приказчика или купчика. Не местный, раньше дворник его не видел. Из местных же, со слов дворника, Пахомовна дружила только с приказчиком из галантерейной лавки, заходила к нему на чай.

— Яков Платоныч, — спросил меня Коробейников, — теперь пора с хозяйкой побеседовать?

— Да нет, — отказался я от этой идеи. — Незачем больную женщину ночью беспокоить. Завтра. Завтра и с приказчиком побеседуем.

И отдав указания перевезти тело Пахомовны в мертвецкую, я отпустил Коробейникова и сам поехал домой. Отдых нам всем не повредит.

Утром следующего дня мы с Коробейниковым, первым делом, отправились в галантерейную лавку, чтобы побеседовать с приказчиком, дружившим с Пахомовной.

Когда мы уже практически были на пороге, Коробейников внезапно замедлил шаг и обратился ко мне чуть смущенно:

— Яков Платонович, а может быть, Вы поговорите с галантерейщиком? А я вот… тут постою… Хотя, впрочем…

И смутившись еще сильнее, Антон Андреич, опережая меня вошел в дверь лавки. Я пожал плечами и последовал за ним. Поведение его было мне непонятно, но ломать голову над этим я не хотел. Пошел и пошел. Стало быть, все в порядке.

Впрочем, замешательство моего помощника стало понятно сразу, как мы вошли.

Судя по всему, в этой лавке он не раз бывал. Приказчик, низенький, плешивый человечек, кинулся к нему прямо-таки с распростертыми объятиями:

— Антон Андреич!

— Я здесь по казенной надобности, — строго осадил его Коробейников. — Расследуется убийство известной Вам особы.

— Да, несчастье-то какое! — вздохнул приказчик. — За что это Пахомовне-то? Добрая она была женщина. Нищих подкармливала.