Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Вилли, но как он мог это одобрить? Как мог поставить подпись?

— Сколько раз ты встречался с нашим президентом лицом к лицу?

— Этот был третий.

— То есть ты три раза пожимал его руку, так?

— Так, — кивнул полковник Джефферс, не понимая, к чему клонит генерал.

— Тогда, черт возьми, ты не мог не заметить, какая мерзкая у этого ублюдка рука — вся какая-то хилая, тощая, вялая. Это не рука победителя, не рука лидера, это — дохлая медуза, в лучшем случае, и трогать руку нашего, гм, лидера, ничуть не приятнее, чем склизкую морскую тварь.

Генерал поднял свой бокал, полковник сделал то же самое. Офицеры обменялись кивками нахмуренных лиц и опрокинули напиток. Тот радостно побежал вниз по пищеводу, оставляя за собой обжигающий след.

— Он — жалкая марионетка. И все об этом знали, — Уитмор сделал небольшую паузу, сморщился — он уже десять лет мучился от панкреатита, пить ему категорически запрещено, но ирландские корни не позволяли генералу прожить без крепкого алкоголя больше недели, от которой не спасали никакие таблетки.

Наконец, перетерпев приступ острой боли, он продолжил. — Даже самые большие тупицы на свете догадывались, что он даже с хреном своим самостоятельно не управится, какая уж там страна. Тем более такая, как Америка.

— Да? И где же тогда кукловоды? — Джефферс почувствовал себя уязвленным, он испытывал к президенту уважение и, возможно, даже некую симпатию. Во всяком случае, он был куда лучше своего оппонента в предвыборной гонке, безумца, чуть ли не в открытую призывавшего к ядерной войне.

— А нет их, померли, видать, — развел руками генерал. — Но он слишком привык подчиняться, так что… Моей задачей было собрать цели, а потом сказать президенту — заметь, именно сказать, не просить — чтобы он поставил свою закорючку. Он в военных вопросах некомпетентен, что ему еще оставалось делать?

— А если прилетит ответ? Ну откуда у тебя такая уверенность, Вилли?

— Боб, Боб, — разочарованно поцокал Уитмор. — Я хоть раз поступал опрометчиво, под наплывом чувств, теряя берега? Нет.

И сейчас я верен себе. Ни Россия, ни Китай больше не представляют угрозы. У первых армия развалилась за пару дней, что доказало мои предположения касательно того, что можно было ударить по ним и раньше с минимальным риском. А узкоглазые, с их перенаселенностью, практически мгновенно исчезли как нация, превратившись в полтора миллиарда мертвых или живых, но пустоголовых болванов.

— Но если все-таки что-нибудь да вылетит?"

"— Что-нибудь мы собьем без проблем.