Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Ибо воровство, как и магия, суть искусство, и на высших уровнях они неотличимы друг от друга.

Тень в плаще вздохнула, ледяное дыхание отчаяния тронуло мои волосы. Потребовалось какое-то время, чтобы понять: я по-прежнему на складе, пришел выбрать оружие, чтобы спасти друзей и убить врагов. Илай, не отвлекаясь на нашу болтовню, разглядывал и перебирал метательные ножи.

Ким вернулся к рассказу:"

"– Великий Вор, словно почувствовав, сам нашел меня. Я был разочарован: вообразив себе гибкого красавца, практически свою копию, я встретился с невзрачным мужчиной среднего возраста.

Волосы его, и без того лишенные яркого цвета, выбелила седина, губы сложились утиным клювом, щеки слегка отвисли, и ростом природа его обделила – соперник едва доставал мне до плеча. Когда он говорил, сложно было уловить смысл: фразы текли плавно, цепляясь одна за другую, и выходило: с одной стороны – нельзя не признать, с другой – нельзя не согласиться. Вроде бы мы обсуждали детали поединка, и в какой-то момент я понял, что очарован Великим Вором, что попал в его сети.

Выбраться я не мог. Враг представлялся мне пауком, и я бился в паутине. Великий Вор спросил, что дороже мне, разум или душа. «Разум», – ответил я. «Разум или тело?» – «Разум», – ответил я. Ибо у вора нет ничего, кроме разума. Тогда Великий Вор захохотал и крикнул: «Так оставайся же разумом, разумом бестелесным и бездушным!» Он исчез. Мне показалось, ничего не изменилось. Но я мог проходить сквозь стены. Я вышел на улицу и обнаружил, что меня не видят, что ничего не могу я взять в руки – у меня нет рук.

Я бы отчаялся, но с душой я утратил способность радоваться или отчаиваться. Много лет прошло, прежде чем я, изучая магические практики, создал подобие тела – сгусток плотности, на который можно накинуть плащ. Еще больше лет прошло, прежде чем я стал «ночным королем». Я, не имеющий тела и души. Какое-то время я пребывал в равновесии, довольствуясь плодами ума. Потом мой соперник умер.

Повисла неловкая пауза. Очарованный рассказом, я не знал, что сказать, а Ким то ли задумался, то ли утратил нить разговора.

Этот монолог был заложен в него разрабами – что подтверждало версию искусственного создания, а не самозарождения Мегалона.

– Он умер – и жизнь утратила смысл. Больше сокровищ! Но мне не нужны сокровища. Роскошь! Я не нуждаюсь в роскоши. Власть! Я не умею ей радоваться. В древних книгах я нашел учение о связи тела и души. Без тела невозможны чувства.

Тут я согласился с Кимом.