Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Чтоб не боялась. И потащил еще несколько шагов. И уперлась снова. Теперь уже намертво.

— Ладно. Жди здесь, — сказал Сигизмунд. Пальцем под ноги ей показал. — Здесь стой, поняла?

Лантхильда с растерянным видом смотрела на него. Сигизмунду вдруг стало ее жаль. Неподалеку из снега торчала какая–то палка. Вытащил из сугроба, вручил девке.

— Если что, отобьешься.

Лантхильда посмотрела на него как на полного кретина и отбросила палку. Сказала что–то. Вряд ли лестное."

"Сигизмунд плюнул и пошел к гаражу. Поймал себя на том, что и сам начал чего–то опасаться.

Полтергейста или это… инопланетян. Вампира там. Иное какое белоглазое чудо.

Пугливо обернулся к девке. Почти ждал, что сейчас в темноте у нее глаза красным загорятся. Знал ведь, что вампиров не бывает. Знал — но успокоило его вовсе не это обстоятельство, а своевременное воспоминание о том, что девка, не моргнув глазом, ела чеснок.

Лантхильда глядела на него замерев. Таращилась. Нормальные у нее глаза, светленькие. Очень даже и ничего. Если привыкнуть.

Сигизмунд вяло помахал ей — так Леонид Ильич, бывало, отбывая в дружественную Индию, отмахивал провожающему Суслову.

В гараже ничего сверхъестественного не обнаружилось. «Единичка» была. Коробки с ядами для тараканов — были. Кошачьи корма и «Восходы» — наличествовали. Разное барахло, какое обычно в гараже хранят. Мышь дохлая в углу обнаружилась. Иных достопримечательностей не имелось.

Сигизмунд опять плюнул. Да что такое, в самом деле. Скоро бойца Федора призовет — чертей по углам гонять.

И отца Никодима в помощь. Роман «Инквизитор», блин. Один боец, один поп и один сумасшедший генеральный директор.

Выкатив экипаж, Сигизмунд запер гараж. Лантхильда стояла где велено, как стойкий оловянный солдатик.

— Ну что, садись, — позвал Сигизмунд. И пошел к ней, приглашающе улыбаясь.

Несколько мгновений Лантхильда смотрела на него, все шире раскрывая глаза. Потом вдруг завизжала не своим голосом и бросилась удирать.

— Стой! — с хохотом крикнул Сигизмунд. — Ты куда? Двала!

Вот ведь влип.

И что теперь делать? Гоняться за визжащей дурой по собственному двору? На радость Софье Петровне и иже с нею? Собачник — он ведь, как молодая мать, всегда на виду.

Сигизмунд никуда не побежал. Встал у машины, небрежно облокотился, подражая позе какого–то американского киногероя (миллионера, конечно), и закурил. Побегает — вернется.

Двор не проходной. Захочет удрать — всяк мимо него бежать придется. Это гиподинамия в ней взыгрывает.