Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Внезапно Николя сообразил, кого он только что слушал.

— Насколько я понял, у вас ведь контральто, сударь?

— Было, сударь, было. Я Сильвиано Барбекано, к вашим услугам.

— Много ли осталось ваших собратьев?"

"— Увы, практически не осталось. Раз уж вы столь любезны и ваша любознательность простирается столь далеко, скажу, что покойный король решил слить воедино хор певчих, исполнявший песнопения в часовне, и камерную капеллу.

— А по какой причине?

Барбекано потер большой палец об указательный.

— О-хо-хо! Деньги, лишние траты.

Стремление ужаться. В капелле упразднили должности вышедших из моды серпентов и прочих старинных инструментов, а вместо них взяли гобои и рожки. Отсюда и дальнейшие изменения. Певчих стали заменять музыкантами. Нас, контральто, то есть кастратов, осталось совсем немного.

И он с подозрением посмотрел на Николя. Однако тот оставался бесстрастным.

— Монархи нас больше не жалуют. Его Величество не любит музыку. Королева любит своих немцев и предпочитает новинки.

Он печально покачал головой.

— Полагаю, вы знаете тех, кто продолжает здесь петь?

— Конечно. Естественно, хуже, чем раньше. Когда-то в саду, прилегающем к Нотр-Дам, стояло симпатичное здание, Итальянский домик. Вы и сейчас можете им полюбоваться. Мы жили там все вместе. А сколько очарования вносил в нашу жизнь сад! Баньера, самый старый среди нас, скончался в том домике в возрасте ста двух лет. У него даже в старости сохранялся необычайно красивый голос, о котором говорили, что с ним не сравнится ни женский голос, ни чье-либо контральто.

— Вас послушать, сударь, так вы идете по тому же пути.

— О, вы слишком любезны! По сравнению с ним я еще мальчишка. Но, возвращаясь к нашему дому, скажу, что в 1758 году его продали. С тех пор ботаник господин Ле Моннье изрядно обогатил тамошний сад.

Обернувшись, кастрат окинул взором часовню.

— Мы все исчезнем когда-нибудь. Знаете ли вы, сударь, что в 1715 году четыре кастрата, сменяя друг друга, восемь суток несли караул возле останков великого короля? Это были те малые почести, которые мы могли воздать тому, кто проявлял к нашему искусству искренний интерес.

— Могу ли я, сударь, задать вам один вопрос, услышанный мною несколько дней назад?

— Сударь, я к вашим услугам.

— Речь идет о так называемых магнетических экспериментах, проводимых герцогом Шартрским над некоторыми из ваших собратьев. Быть может, вы что-то слышали об этом?

— Ах, сударь, в нашем кругу мы до сих пор смеемся над этими экспериментами.