Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Чжан Чэнлин уткнулся носом в грудь наставника и немного успокоился, почувствовав, что прислонился к горе, которая никогда не пошатнется. Пусть нерушимые узы между великими орденами обернулись ложью и предательством,[442] но случайное знакомство переросло в нерушимую связь.

Цао Вэйнин потянул Гу Сян за руку, и они тихонько удалились. Гао Сяолянь судорожно перевела дыхание и в глубоком смятении вернулась в свою комнату. Во дворе остались только учитель и ученик.

Наблюдая за ними через окно, Великий Шаман не удержался от вопроса:

— Это тот глава Чжоу, которого мы знали? Давно ли он сделался настолько…

Седьмой Лорд тихо усмехнулся и то ли ответил, то ли порассуждал сам с собой:

— Разве Цзышу когда-нибудь был другим? Перед Лян Цзюсяо он разыгрывал строгого отца и старшего брата в одном лице, но тайком всегда прикрывал младшего.

Жаль, Цзюсяо так и не оценил этого.

Великий Шаман повернулся, чтобы посмотреть на своего спутника. Свечи в комнате не горели, и темнота почти полностью скрывала Седьмого Лорда.

Лунный свет выхватывал из мрака не более четверти его ослепительно-прекрасного профиля.

— Если назвать Цзышу кладезем добродетелей, боюсь, он первый это оспорит, — предположил Седьмой Лорд. — Но назвать его подлецом… Цзышу совершал ужасные поступки, за которые небеса могут покарать в любой момент. Но он совершал их по долгу службы и никогда — из личной неприязни или жажды наживы.

Седьмой Лорд едва заметно вздохнул, а затем толкнул дверь и вышел, прихватив в потёмках какую-то вещь.

Длинными шагами он пересёк двор и перебросил свою ношу Чжан Чэнлину. Мальчик неуклюже поймал подарок и замер от изумления: в его руках оказался меч. Только после разрешающего жеста шифу Чжан Чэнлин осмелился извлечь клинок из ножен. Лезвие было необычайно широким, вдвое шире, чем у меча Цао Вэйнина. От тёмного металла веяло суровой мощью, он не блестел, но распространял приглушённое сияние и был окутан тяжёлым дыханием кровавой бойни. Заточка явно делалась с расчётом на отчаянную резню.

По весу оружие было вдвое или втрое тяжелее обычного меча. На рукояти виднелась гравировка: «Дахуан».[443]

— Один подчинённый вручил мне этот клинок, чтобы я не бездельничал всё свободное время, — сказал Седьмой Лорд Чжан Чэнлину. — Меч превосходен, но я дрянной мечник. Для меня такое оружие тяжело и громоздко. Тебе оно лучше подойдет.

Чжан Чэнлин только охнул. Он растерянно моргал покрасневшими от слез глазами и никак не мог придумать ответ.