Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Огнегрив ожидал, что эта жизнь окажется такой же нежной и ласковой, как та, что подарила ему Серебрянка, и оказался совершенно не готов к пронзительной вспышке неистовой ярости. Ему показалось, будто тело его наполнилось исступлением легендарных воинов Тигриного и Львиного племени, он готов был разорвать на части любого кота, который осмелился бы поднять лапу на слабого. Когда Огнегрив пришел в себя, он весь дрожал от волнения и усталости. Только теперь он понял, что значит материнская защита, и догадался, как сильно Чернобурка любила своих котят – всех до единого, даже приемного Белохвоста.

«Я обязательно расскажу ему!» – подумал Огнегрив, когда ярость оставила его тело и душу, и только потом вспомнил, что не имеет права никому рассказывать о том, как происходит таинство посвящения. Чернобурка отошла к остальным котам, и место ее занял новый кот. Огнегрив виновато склонил голову, узнав в нем юного Быстролапа.

– Прости меня! – прошептал он, заставив себя посмотреть в глаза оруженосцу.

– Это я виноват в твоей смерти! Когда Синяя Звезда отказалась посвятить молодого оруженосца в воины, разъяренный Быстролап решил совершить подвиг, чтобы доказать предводительнице и всему племени свою отвагу и преданность. Он задумал в одиночку выяснить, что за лихо поселилось в лесу и ворует дичь у Грозового племени. Дикая свора растерзала оруженосца, и его гибель тяжким бременем легла на совесть Огнегрива. Он знал, что до конца дней своих будет упрекать себя в том, что не постарался переубедить Синюю Звезду.

Но Быстролап, казалось, больше не испытывал ни гнева, ни обиды. Несвойственная его возрасту мудрость светилась во взоре оруженосца, когда он склонил голову, чтобы коснуться носом головы Огнегрива.

– С этой жизнью я дарую тебе мудрость наставника. Пусть она поможет тебе воспитывать молодых воинов своего племени. В следующий миг невыносимая боль пронзила тело Огнегрива, и ему показалось, что у него вот-вот остановится сердце. Боль сменилась приступом парализующего ужаса, а затем все поглотила вспышка света, красного, как кровь.

Огнегрив понял, что видит и чувствует то, что испытал Быстролап в последние мгновения своей жизни. Огнегрив очнулся, задыхаясь, и обессилено вытянулся на земле. Он чувствовал себя холмом, по которому барабанит дождь и сбегают ручейки воды. Силы покинули его, и он боялся, что не сможет принять оставшиеся три жизни.

Первой к нему приблизилась Щербатая.