Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Один раз ему показалось, будто он видит среди двух глыб, преградивших дорогу потоку, неподвижное человеческое тело, но это был всего лишь медвежонок, совсем еще маленький, чудом выживший в наводнение и основательно перепуганный. Его черные глазки с ужасом смотрели на незнакомое существо, а когда Митя набросил на него куртку, медвежонок зарычал тоненько, жалобно, забарахтался отчаянно, пытаясь освободиться. Возвращаясь к берегу, Митя поскользнулся на камнях, упал в воду вместе с живым, вырывающимся из рук грузом и вновь вымок до нитки.

"Медвежонок одним махом освободился от куртки и, шумно отфыркиваясь, поплыл к берегу. Митя с трудом выбрался на песок, вылил воду из сапог, снял брюки и рубашку, тщательно отжал их. Свежий ветерок приятно холодил тело. Он разложил одежду на теплых еще камнях, давая ей просохнуть. Оставаться на ночь в мокрой одежде, не имея возможности обогреться, – удовольствие небольшое.

Он пристально вгляделся в противоположный берег, который круто спадал в воду.

Наводнение жестоко обошлось с растущими по его краю кедрами, подмыло их корни, и теперь огромные деревья зависли над потоком, угрожая каждую секунду рухнуть в бушующую внизу пучину. Судя по всему, глубина под берегом – приличная. И насколько хватает глаз, не видно ни выступающего над водой камня, ни застрявших на отмелях коряг – повсюду лишь темная, крутящая воронки, вздымающая грозные валы, захлебывающаяся пеной и ко всему равнодушная вода.

Что-то холодное и влажное ткнулось в его руку.

Дмитрий оглянулся и впервые за все это время улыбнулся. Спасенный им медвежонок, присев на тощий задок и жалобно поскуливая, тянулся к нему носом, стараясь обнюхать впервые увиденного им человека.

Дмитрий потрепал его по загривку, и зверек, осмелев, приблизился к нему вплотную, а затем и вовсе попытался забраться к нему на колени. Но когти у него были не по-младенчески острыми, и Дмитрий отпихнул его от себя. Мишка недовольно рявкнул и поплелся по берегу к лесу, начинавшемуся за неширокой полоской ивняка.

Иногда он останавливался, оглядывался на человека и недовольно ворчал, словно укорял его за недостаточно вежливое обращение.

Митя печально усмехнулся, вспомнив встречу на узкой тропе с медведицей и ее детенышем. Совсем недавно это было, и чуть больше времени прошло с тех пор, как он вновь стал свободным человеком. Но каких горьких, безвозвратных потерь ему это стоило! Погиб Цэден, исчезли в пороге Васена и Антон...