Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Капитанское жалование — нормальное. — Не подведу.

Даже Брюс, кажется, слегка опешил от такой царской щедрости «из собственного кармана», только головой мне одобрительно качнул.

Так я получил цацку на грудь, новую порцию головной боли в виде завистников и полный карт-бланш на создание своей секретной базы.

Дорога в пожалованное имение, что затерялось к северу от бурно строящегося Питера, верст эдак за тридцать, отняла почти целый день. Места тут были диковатые: леса стеной, болота да озерца, блестевшие под скупым северным солнышком.

Само имение, Игнатовское, названное так по речушке Игнатве, что неподалеку петляла, оказалось, мягко говоря, не царскими палатами. Так, добротный, но без всяких там архитектурных изысков, деревянный дом барина на пригорке, несколько изб для дворни, да деревушки, разбросанные по округе, душ на шестьдесят с небольшим тягловых. Мужички местные — вроде крепкие, хмурые, видать, жизнь тут не сахар, особо не разговоришься. К новому барину, да еще и армейского чина, отнеслись с опаской, зато без злобы, и на том спасибо.

Главное, как я понял, не лезть к ним с дурацкими затеями, да оброк не драть в три шкуры.

Со мной приехали два десятка солдат из моей «заводской гвардии» — ребята проверенные, со мной на Охте и огонь, и воду, и медные трубы прошли. Командовал ими все тот же верный Орлов, который недавно до капитан-поручика дослужился. Первым делом я велел караул наладить да патрули по округе пустить, все как на Охтинском заводе. Усадьбу обнесли новым, высоким частоколом, ворота — двое, и у каждых круглосуточно часовые маячили.

Въезд-выезд — только с моего личного дозволения. Местным растолковали, мол, барин лихих людей опасается, которых по здешним лесам немало бродит. Вроде как прокатило.

Главная же стройка закипела поодаль от барского дома, в густой березовой роще, чтобы чужой глаз не видел. Там, под моим неусыпным оком, солдаты да несколько нанятых плотников два здоровенных сарая ставили. Один, что побольше, под мастерскую приспособили, где с железом ковыряться — там я собирался опытные образцы нарезного оружия до ума доводить.

Второй, поменьше, срубленный на совесть, да еще и с высоким вытяжным коробом на крыше, должен был стать моей химической лабораторией. Вот тут-то и предстояло родиться нашему русскому бездымному пороху.

Как только стены подняли да крыши тесом накрыли, я тут же за эксперименты взялся (благо, в честь победы, Царь отправил меня отлеживаться, набираться сил, «по легенде»).