Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

«Вега», «Озеро», «Днепр-2»… Впрочем, были ли они удачными? Конечно, на них он дослужился до полковника, на них защитил степень кандидата физико-математических наук, на них получал приличное денежное содержание и надбавки… Он старался изо всех сил, буквально лез из кожи – это он придумал экранировать заряд слоем карбида бора для уменьшения загрязнения, он догадался использовать сразу два ЯВУ[41], чтобы столкновение ударных волн увеличило выход руды, он предложил выносить заряд за пределы рудного тела, в прилегающие породы, чтобы снизить заражение…

И эти проекты, действительно, оценены как удачные.

Но… Но запущенная в Чаган рыба мутировала и передохла, вымерли 90 % микроорганизмов, до сих пор радиоактивность там в двадцать раз выше нормы, хотя озеро все равно используется для водопоя скота… А «Тайга»? Он первый понял, что это мертворожденный план. Потому что взрыв трех ядерных зарядов проложил только 170 метров канала. А надо пройти несколько тысяч километров! Это тысячи взрывов – целая ядерная война, всю страну загадят радионуклидами! А если использовать смешанный способ и в основном прокладывать русло тракторами и экскаваторами, то рыть придется сто лет…

Он опять вздохнул, уже печально.

Настроение почему-то испортилось. Завтра надо выйти поохотиться. Может, удастся развеяться, да подстрелить заодно пару уток… Дичь он отдает соседу с третьего этажа, чтобы не возиться. А Игорь Васильевич в прошлом – повар, он любит разделывать, потрошить птицу, да и готовит хорошо.

И обязательно приглашает на обед, но Виталий Евгеньевич не идет: отольет в кастрюльку свою долю супчика, заберет котлетки или жареные ножки, а ест дома. Он не любит случайной компании. К тому же сосед всегда заводит пластинку об одиночестве немолодых людей, а от таких разговоров на душе становится тошно. Докукин об этом не думает, его одиночество не тяготит, он даже с другими охотниками не общается. Раз в месяц потреплется с участковым об охоте – и вполне достаточно!"

"Он привык быть один – даже если вокруг сослуживцы или Нинка, он все равно отделен от них оболочкой из своих мыслей, из служебных проблем, из режимных требований.

И ему нравился нынешний спокойный и размеренный образ жизни, нравилось не зависеть от рабочих планов, требований режима, приказов начальства, нравилось делать то, что хочется и когда хочется. Он был доволен своей жизнью.