Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Думаю, меня это психологически очень поддерживало, отвлекало. С утра в театре давал класс, репетировал сам, с Линой и Денисом, потом несся на занятия в академию, в магистратуре они начинались во второй половине дня.

В то время я был очень худой. Все парты в институте – деревянные. Вспомнился реабилитационный центр в Капбретоне, когда у меня на «пятой точке» от езды на велотренажере синяки кровавые появились. И тут то же самое произошло. К счастью, мне подарили две небольшие подушки. Я с этими подушками на лекции и ходил.

Все носили учебники, а я носил учебники и подушки, потому что иначе никак не получалось.

В перерыве между лекциями шел обедать в столовую, вставал в очередь. Вокруг меня – дети по 20 лет. Хорошо еще, что я моложаво выглядел благодаря профессии.

Вернувшись из отпуска, я подошел к своему последнему 21-му сезону в Большом театре. У меня было очень много гастролей благодаря Андрису Лиепе. Я постоянно светился на телеканале «Россия» в проекте «Танцы со звездами», на «Культуре»… Боже, в чем я только не принимал участие, у меня была очень насыщенная жизнь.

Мысль о том, чтобы закрыться от мира, замкнуться в себе, прекратить отстаивать свою позицию по отношению к творчеству или к своим ученикам, ни разу не пришла мне в голову. Я не изменил ни своего образа жизни, ни своих привычек. По-прежнему много читал, слушал оперы, пересматривал любимые фильмы, встречался со своими феями и друзьями, ощущая их поддержку и участие. Все это, вместе взятое, стало главным противоядием от атмосферы неприятия и злобы, окружавшей меня в те дни в Большом театре.

Как тут не вспомнить бессмертный «Театральный роман» М. А. Булгакова, где главный герой, Максудов, по свидетельству Е. С. Булгаковой, в недописанном финале кончает жизнь самоубийством. Лишний раз подтверждая, что Театр – место не для слабонервных. Как показало дальнейшее развитие событий, я оказался покрепче булгаковского персонажа… Кстати, любопытный факт: «Театральный роман» Булгаков начал писать, когда ушел из Художественного театра и стал служить в Большом театре, как либреттист и переводчик…

И надо же было такому случиться, что как раз в сезоне 2012 года в «Мастерской Петра Фоменко» началась работа над постановкой именно «Театрального романа».

В его названии, в скобочках, стояло – «Записки покойника». «Не дождетесь!» – подумал я и пошел на репетицию к Петру Наумовичу.

…С фоменками, как их ласково называют, я познакомился в Париже в 2002 году.