Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Только бабушка безапелляционно заявила, когда Дмитрий Степанович дошел до самого патетического места – “дай женщине, и она все испортит”:

– Если мне не изменяет память, Дима, вы рассказываете одно и то же уже тридцать лет.

Но отца трудно было сбить с толку.

– Зато от души! – заявил он громогласно. – Мясо на углях, будет готово через десять минут!"

"Это означало, что нужно быстро собрать все на стол, потому что отец терпеть не мог, когда его драгоценный шашлык остывал, а семья вместо того, чтобы оценить его усилия, металась по кухне.

– Пошли соберем все? – предложила Даша, поднимаясь.

– Пошли, – согласилась Катерина.

С огромным блюдом, полным зелени, в руках, она осторожно спускалась с крыльца, когда вдруг громоподобным, как из бочки, лаем зашелся Кузьма и с террасы ему ответил визгливый от негодования вопль запертого там Вольфганга.

– Приехал кто-то, Дмитрий Степанович! – крикнул Митя, переворачивая и меняя местами шампуры. – Я не вижу кто и отойти не могу!

Санька побежала по дорожке к калитке, за ней Марья Дмитриевна, придерживая ее за капюшон, чтобы не свалилась в воду.

Откуда-то издалека отец пробасил:

– Добрый день, вы к нам?

Катерина, водрузив наконец на стол блюдо, пригнулась, чтобы разглядеть что-нибудь между деревьями, и увидела у калитки целую группу совсем незнакомых людей, довольно многочисленную.

– Кто это, Кэт? – спросила с крыльца Даша.

– Понятия не имею, – ответила Катерина, приближаясь к ней и вглядываясь.

Какой-то огромный мужик в распахнутой куртке шел по дорожке прямо к дому, и, не веря себе, Катерина вдруг узнала в нем Тимофея Кольцова.

– Кто это? – в изумлении повторила Даша, когда Тимофей остановился, не дойдя до сестер нескольких шагов, и сказал низким, тяжелым и странным голосом:

– Меня зовут Тимофей Кольцов. С Катериной Дмитриевной мы знакомы.

– Проходите, пожалуйста, – растерянно говорила у ворот мать, – Саша, не лезь в лужу! И машины можно загнать на участок…

– Спасибо, – так же растерянно отвечал невидимый за деревьями охранник Леша. – Как Тимофей Ильич распорядится…

– А что тут распоряжаться, – послышался голос отца, – заезжайте, да и все.

Сейчас я ворота открою. Маша, возьми Саньку, она уже на дороге…

– Кто там? – подходя, спросила бабушка. – Это к кому?

– Это ко мне, бабушка, – задушенным голосом сказала Катерина. – Что-то случилось, Тимофей Ильич?

Кольцов подошел поближе, глядя в растерянные лица двух девушек, стоящих рядом на высоком крылечке старого дома. Он чувствовал себя полным идиотом.