Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я понимаю, о чем ты поешь в своих песнях,И когда у меня дерьмовый день, я выпадаю из реальности и включаю их,Ведь у меня нет больше ничего.Поэтому эта хрень помогает мне, когда я в депрессии,У меня даже есть тату с твоим именем на груди.Иногда я даже режу себя, чтобы посмотреть, сколько крови прольется.Это как адреналин. Боль – такой неожиданный прилив для меня…Смотри, все, что ты говоришь, – правда, и я уважаю тебя за твои слова.

Моя девушка ревнует, потому что я говорю о тебе 24/7,Но она не знает тебя так, как знаю я, никто тебя так не знает, Слим.Она не знает, каково это было, расти людям вроде нас.Тебе стоит позвонить мне.Я стану самым большим поклонником из тех, что ты потерял.Искренне твой СтэнP.

S. Мы должны быть вместе."

"Стэн лжет, когда утверждает, будто он не злится на своего кумира. Он достаточно умен, чтобы пытаться держать себя в руках, но его досада и разочарование слишком сильны. Он ругает Эминема за то, что тот игнорирует своих поклонников. Потом пытается пристыдить его за то, что рэпер не обратил внимания на его шестилетнего брата Мэтью, четыре часа ждавшего его на «лютом» морозе ради автографа. Шантаж Стэна одновременно и умен, и нелеп: что, черт возьми, делать шестилетнему ребенку поздно ночью на морозе? Зачем бы ему ждать рэпера, чьи тексты посвящены сексу, насилию и другим взрослым темам? Как Эминем может быть кумиром малыша, которому всего шесть лет? Затем Стэн обвиняет Эминема во лжи, потому что однажды после концерта он уже пообещал ему написать ответ на письмо, но так и не сделал этого.

Стэн вроде бы понимает, что он всего лишь один из миллионов фанатов рэпера, но ему сложно смириться с этой мыслью. Он слишком самолюбивый человек, чтобы попытаться посмотреть на мир глазами Эминема.

В какой-то момент Стэн меняет тактику. Чтобы укрепить их связь, он делится с Эминемом подробностями своей жизни. Его отец часто изменял матери и бил ее, а потом бросил Стэна, как это сделал и отец Эминема. Затем Стэн еще выше поднимает ставку откровений и признается, что наносил себе порезы и что у него есть «тату с твоим именем на груди». Ему все труднее скрывать глубину своей преданности. Он думает об Эминеме постоянно.